Abstract

The main aim of research was to study the clinical, ultrasound and hormonal differences between single and multiple uterine fibroids and their implications for management tactics. Materials and methods: A cross-sectional comparative study included 83 female patients aged 27–66 years: Group I – single myoma (n=35), Group II – multiple myoma (n=48). We assessed socio-demographic characteristics, menstrual and reproductive function, clinical symp-toms, concomitant gynecological/extragenital patho-logy, ultrasound with Doppler (diameter, localization, hypervascularization), as well as hormonal profile (FSH, LH, prolactin, progesterone, estradiol, cortisol). Statistics: Student's t-test and χ²; p<0.05. Results. In patients with single myomas, the mean node diameter was larger (36.2±9.4 mm) compared to those with multiple myomas (28.5±7.8 mm; p<0.001). Multiple myomas are characterized by more frequent intramural (72.9%) and submucosal (50.0%) localization and pronounced hypervascularization (66.7% vs. 28.6%; p=0.001). More pronounced hormonal changes were revealed in the multiple form: an increase in FSH, LH, prolactin, estradiol and cortisol (p<0.01–0.001) against the background of a decrease in progesterone (p<0.05). Clinically, multiple myoma was associated with greater severity of pain, menstrual irregularities and anemia. Conclusion: Multiple uterine myoma represents a clinically more unfavorable variant with high angiogenic activity and pronounced endocrine dysregulation, which justifies the need for closer monitoring and early intervention based on personalized criteria.

Full article

Миома матки является одной из наиболее распространённых доброкачественных опухолей репродуктивной системы женщины и занимает ведущее место в структуре гинекологической заболеваемости. На протяжении последних десятилетий её распространённость сохраняется на стабильно высоком уровне, а в ряде стран отмечается рост заболеваемости, что связывают не только с совершенствованием диагностических технологий, но и с изменением репродуктивного поведения, тенденцией к позднему материнству и увеличением продолжительности репродуктивного периода [1, 2].

Значимость миомы матки выходит далеко за рамки гинекологической патологии. Это заболевание оказывает существенное влияние на демографические показатели, ограничивает репродуктивный потенциал женщины, формирует высокий уровень временной нетрудоспособности, снижает качество жизни и оказывает выраженное психоэмоциональное воздействие. Наличие миомы часто становится поводом для хирургического вмешательства, которое нередко приводит к потере репродуктивной функции, что особенно критично для женщин молодого возраста в условиях снижения рождаемости [3,4].

Клиническое течение миомы отличается выра-женной гетерогенностью. С одной стороны, заболевание может протекать бессимптомно и обнаруживаться случайно при профилактическом осмотре или ультразвуковом исследовании. С другой — множественные или сочетанные формы сопровождаются хронической анемией, болевым синдромом, нарушением менструальной и генеративной функции. Особое место занимают сочетанные формы миомы и эндометриоза, которые характеризуются более ранним началом, тяжёлым  течением,  хроническим болевым синдромом и выраженными репродуктивными нарушениями. Такая клиническая вариабельность не позволяет применять унифицированные подходы к ведению пациенток и требует разработки персонифицированных стратегий [5,6].

Несмотря на значительный прогресс в области визуализации (УЗИ высокого разрешения, МРТ), молекулярной биологии и генетики, миома матки остаётся ведущей причиной гинекологических госпитализаций и хирургических операций. По данным ряда авторов, до 60% гистерэктомий выполняется именно по поводу миомы, что отражает сохраняющиеся сложности в реализации органосохраняющих методов лечения. Дискуссионными остаются вопросы о факторах, предопределяющих прогрессирование заболевания, роли наследственной отягощённости, влиянии метаболических и иммуновоспалительных факторов, а также критериях выбора оптимальной лечебной тактики у женщин различных возрастных групп.

В условиях роста частоты малосимптомных форм особое значение приобретает ранняя диагностика, позволяющая своевременно выявить заболевание до развития осложнений. Одновременно возрастает интерес к изучению качества жизни пациенток, поскольку именно оно становится главным критерием эффективности лечения. Таким образом, миома матки рассматривается сегодня не только как морфологическое образование, но и как комплексная медико-социальная проблема, требующая междисциплинарного подхода [7].

Учитывая высокую распространённость миомы матки, её клинико-морфологическую гетерогенность и существенное влияние на репродуктивное здоровье, особого внимания заслуживает анализ различных форм заболевания. Единичные и множественные миомы имеют различия в клинической картине, выраженности симптомов, частоте осложнений и прогнозе для репродуктивной функции. В то же время в литературе остаётся недостаточно данных о прямом сравнении этих форм, что затрудняет выбор оптимальной тактики ведения пациенток.

Цель исследования
Сравнить эхографические, локализационные и гормональные особенности единичной и множественной миомы матки и определить их вклад в риск неблагоприятного течения, чтобы обосновать тактику раннего вмешательства.

Задачи исследования
1. Изучить морфологические и локализационные характеристики миомы матки (размер, количество узлов, частота субмукозной, интрамуральной и субсерозной локализаций, степень гиперваскуляризации) у женщин с единичной и множественной формами.
2. Сравнить гормональный профиль (ФСГ, ЛГ, пролактин, эстрадиол, прогестерон, кортизол) и определить характер эндокринных изменений при различных формах миомы.
3. Оценить клинические особенности и прогноз (частота и выраженность симптомов, уровень гемоглобина, риск анемии, репродуктивные нарушения) и выявить факторы, определяющие необходимость раннего вмешательства.

Результаты исследования В исследование были включены 83 женщины с миомой матки, из них 35 с единичными миоматозными узлами и 48 с множественными узлами. Возраст обследованных варьировал от 27 до 66 лет. Наибольшая доля пациенток обеих групп приходилась на возрастной интервал 41–50 лет, что соответствует периоду наибольшей манифестации заболевания в перименопаузе. Средний возраст женщин с единичной миомой составил 39,4 ± 5,2 лет, тогда как при множественной миоме – 41,8 ± 6,1 лет, что свидетельствует о несколько более позднем выявлении множественных узлов.

Анализ наследственной предрасположенности показал, что отягощённость по соматической патологии по материнской линии встречалась в 92% случаев у женщин с единичной миомой и в 95,8% при множественной форме. Наиболее часто регистрировались сердечно-сосудистые заболевания, преимущественно артериальная гипертензия (54% и 50% соответственно), а также ишемическая болезнь сердца. По гинекологической линии выявлено, что миома матки у матерей встречалась у 72% женщин с единичной и у 70,8% с множественной миомой, что подчёркивает значимость наследственной отягощённости как ведущего фактора риска.

Изучение менструальной функции выявило, что у женщин обеих групп менархе наступало в среднем в возрасте 12–13 лет, причём раннее менархе (до 12 лет) отмечалось у 18% пациенток с единичной миомой и у 22,9% с множественной. Формирование регулярного менструального цикла происходило позже, чем в контрольной группе: в течение первого года после менархе нормализация цикла наблюдалась лишь у 16% женщин с единичной и у 14,5% с множественной миомой, что сопровождалось более длительным периодом становления репродуктивной функции. Для большинства пациенток обеих групп были характерны обильные и болезненные менструации: гиперполименорея регистрировалась у 64% женщин с единичной и у 70,8% с множественной миомой, а дисменорея – у 62% и 66,6% соответственно, что указывает на более тяжёлое нарушение менструального цикла при множественной форме заболевания.

Репродуктивный и акушерский анамнез также имел неблагоприятные особенности. Беременность в анамнезе имели почти все женщины (98% с единичной и 95,8% с множественной миомой). Наиболее часто встречались 2–3 родов, однако у пациенток обеих групп значительно чаще, чем в контроле, фиксировались осложнённые роды. Так, кесарево сечение было выполнено у 32% женщин с единичной миомой и у 29% с множественной, что указывает на повышенный риск акушерских осложнений. Самопроизвольные выкидыши наблюдались у 30% и 31,2% пациенток соответственно, а искусственные аборты встречались чаще, чем в контрольной группе: у 54% женщин с единичной и у 52% с множественной миомой.

Клиническая симптоматика характеризовалась болевым синдромом различной интенсивности, нарушениями менструальной функции и симптомами компрессии соседних органов. Боли внизу живота отмечались у 30% женщин с единичной и у 32% с множественной миомой, боли в пояснично-крестцовой области – у 31,4% и 31,3% соответственно. Средний уровень боли по визуальной аналоговой шкале составил 3,8 ± 1,2 балла у пациенток с единичной миомой и 4,5 ± 1,4 балла у женщин с множественными узлами, что свидетельствует о большей выраженности болевого синдрома при множественной форме. Нарушения менструальной функции в виде гиперпо-лименореи отмечались у 42% женщин с единичной и у 47% с множественной миомой. Симптомы компрессии проявлялись дизурическими расстройствами у 25,7% и 22,9% пациенток соответственно, а также запорами у 22,9% и 20,8%. Наряду с этим у большинства женщин отмечались психоэмоциональные нарушения: тревожность регистрировалась у 42,9% пациенток с единичной и у 47,9% с множественной миомой, раздражительность – у 31,4% и 29,2% соответственно. Сопутствующая гинекологическая патология выявлялась у значительной части женщин обеих групп. Воспалительные заболевания органов малого таза были диагностированы у 28% женщин с единичной миомой и у 29% с множественной. Хронический эндометрит отмечался у 22% и 21% пациенток соответственно, эндоцервицит – у 18% и 20%. Мастопатия выявлялась у 48% женщин с единичной и у 45,8% с множественной миомой, что подтверждает единство гормональных механизмов развития миомы и доброкачественных заболеваний молочных желёз.

Анализ полученных данных свидетельствует, что обе клинические формы миомы матки имеют высокую частоту наследственной предрасположенности, сопровождаются выраженными нарушениями менструальной функции, ослож-нённым акушерским анамнезом и сопутствующей гинекологической патологии (табл.1). При множественной форме заболевание чаще встречается у женщин более старшего возраста, сопровождается более выраженными нарушениями цикла и болевым синдромом, а также большей частотой сочетанной патологии, что определяет её как менее благоприятный вариант течения. Для точной диагностики и объективной оценки состояния пациенток недостаточно только клинического анализа жалоб и анамнеза.

Ультразвуковое исследование с допплерометрией позволяет выявить существенные морфологические различия между пациентками с единичной и множественной миомой матки: у женщин первой группы средний диаметр узлов достоверно больше, тогда как во второй группе отмечается более высокая частота интрамуральной и субмукозной локализации, а также выраженная гиперваскуляризация, отражающая активный рост опухоли.

Средний диаметр узлов в I группе составил 36,2 ± 9,4 мм, что достоверно превышало размеры образований у женщин II группы (28,5 ± 7,8 мм; t=4,36; p<0,001). Таким образом, единичные миомы характеризовались тенденцией к формированию более крупных узлов, тогда как множественные — к поликлональному поражению меньшего диаметра. По локализации у женщин с единичной миомой преобладали интрамуральные узлы (51,4%), субмукозные выявлялись у 25,7%, субсерозные — у 22,9%. В то же время при множественной форме интрамуральные узлы встречались у 72,9% пациенток, субмукозные — у 50%, субсерозные — у 33,3% (табл.2). Анализ гормонального профиля подтвердил более выраженные эндокринные сдвиги при множественной миоме (табл.3). В I группе уровень ФСГ составил 6,2 ± 1,1 мМЕ/мл, тогда как во II — 7,1 ± 1,4 мМЕ/мл (t=–3,28; p<0,01). Уровень ЛГ был равен 7,4 ± 1,2 мМЕ/мл в I группе и 8,6 ± 1,5 мМЕ/мл во II (t=–4,04; p<0,001). Концентрация пролактина в крови у женщин с единичной миомой составила 16,5 ± 3,1 нг/мл, при множественной форме — 19,2 ± 4,0 нг/мл (t=–3,46; p<0,01). Прогестерон был выше у женщин с единичными узлами (10,3 ± 2,2 нг/мл) по сравнению с пациентками с множественной миомой (9,1 ± 2,0 нг/мл; t=2,55; p<0,05). Уровень эстрадиола в I группе составил 155,6 ± 25,4 пг/мл, а во II — 176,8 ± 30,1 пг/мл (t=–3,47; p<0,01). Концентрация кортизола также оказалась выше при множественных узлах (426,3 ± 60,7 нмоль/л) по сравнению с единичной формой (388,5 ± 56,2 нмоль/л; t=–2,93; p<0,01).

Таким образом, при единичной миоме ведущим признаком является формирование крупных узлов, чаще интрамуральной локализации, при относительно меньшей степени их васкуляризации и менее выраженных гормональных изменениях. Для множественной миомы характерно наличие узлов меньшего диаметра, но при этом значительная их численность, преобладание интрамуральной и субмукозной локализации, высокий уровень васкуляризации, а также выраженные эндокринные сдвиги в виде повышения гонадотропинов, эстрадиола, пролактина и кортизола при одновременном снижении прогестерона. Эти различия определяют более активное клиническое течение множественной миомы и объясняют её менее благоприятный прогноз в сравнении с единичной формой.

Обсуждение Полученные результаты демонстрируют клинико-морфологическую и эндокринную гетерогенность миомы матки в зависимости от числа узлов. Установлено, что пациентки с единичной миомой чаще имели более крупные узлы, тогда как при множественной форме преобладали образования меньшего диаметра, но с выраженной тенденцией к множественности, интрамуральной и субмукозной локализации и высокой степенью васкуляризации. Эти данные согласуются с наблюдениями Stewart и соавт. (2022), показавших, что множественные миомы обладают большей ангиогенной активностью, что определяет их быстрый рост и клиническую симптоматику [Stewart et al., 2022; Laughlin-Tommaso, 2020].

Анализ лабораторных данных подтвердил, что множественные узлы сопровождаются более выраженными эндокринными изменениями. Повышение уровней ФСГ и ЛГ отражает компенсаторную гиперсекрецию гонадотропинов и нарушение регуляции овариально-гипофизарной оси, что ранее отмечали Moravek и соавт. (2021). Наряду с этим повышение пролактина и кортизола указывает на хроническое стрессовое воздействие и активацию гипоталамо-гипофи-зарнонадпочечниковой системы, что согласуется с исследованиями Yildiz и соавт. (2022). Недоста-точность прогестерона оказалась более выражен-ной при множественной миоме, что объясняет высокую частоту нарушений менструальной функции и репродуктивных проблем, и соответствует данным Ciebiera и соавт. (2020), показавших, что дефицит прогестерона способствует пролиферации гладкомышечных клеток и нарушению апоптоза.

Клиническая симптоматика также имела характерные различия. Несмотря на то, что средний диаметр узлов был больше при единичной форме, выраженность болевого синдрома и тяжесть гиперполименореи оказались выше у женщин с множественной миомой. Это подтверждает, что не только размеры узлов, но и их количество, локализация и степень васкуляризации определяют тяжесть симптоматики, что совпадает с выводами Donnez и Dolmans (2016).

В литературе сохраняется дискуссия о том, какая форма миомы имеет более неблагоприят-ный прогноз. Одни авторы (Bulun et al., 2021) подчёркивают значение локализации узла, тогда как другие (Ciebiera et al., 2020; Stewart et al., 2022) отмечают, что именно множественные миомы чаще ассоциируются с тяжёлой симптоматикой, анемией и репродуктивными потерями. Наши данные подтверждают последнюю точку зрения: множественная форма сопровождается более выраженными гормональными и клиническими нарушениями, несмотря на меньший средний диаметр узлов.

Прогноз при миоме матки во многом определяется её морфологическими характеристиками и клиническим течением. Единичные узлы, особенно субсерозной локализации, в большинстве случаев имеют благоприятный прогноз. При отсутствии выраженной симптоматики и медленном росте возможно динамическое наблюдение с периодическим ультразвуковым контролем каждые 6–12 месяцев. У пациенток с реализованной репродуктивной функцией и стабильными размерами узла лечение может не потребоваться. Напротив, множественная миома характеризуется большей склонностью к росту, нарушению менструального цикла, развитию анемии и сни-жению фертильности. Для таких пациенток чаще требуется активная тактика — медикаментозное лечение, миомэктомия или, при отсутствии репродуктивных планов, гистерэктомия. При высо-ком риске рецидива — особенно после органосохраняющих вмешательств — целесообразно рассматривать возможность гормональной супрессии или эмболизации маточных артерий [Donnez & Dolmans, 2016; ACOG, 2021].

Сравнительный анализ позволяет выделить основные различия между единичной и множественной миомой. Единичная форма часто протекает бессимптомно, редко приводит к анемии, а репродуктивные нарушения встречаются преимущественно при субмукозной локализа-ции. Риск быстрого роста и осложнений (некроз, перекрут ножки) относительно невысок, а прогноз благоприятен при динамическом наблюдении. В то же время множественная форма чаще проявляется выраженной симптоматикой: обильными менструациями, хроническими тазо-выми болями, вторичной железодефицитной анемией, репродуктивными потерями. Она сопровождается высоким риском осложнений, требует комплексной диагностики (МРТ и гистероскопию) и чаще приводит к хирургическому вмешательству.

Таким образом, множественная миома матки может рассматриваться как клинически более неблагоприятный вариант заболевания, ассоциированный с выраженными гормональными сдвигами, анемией и нарушением фертильности. Единичные миомы, несмотря на склонность к большему размеру, чаще имеют более благоприятное течение и могут вести под динамическим наблюдением. Выбор тактики лечения должен быть строго индивидуализированным, учитывать морфологические характеристики узлов, возраст пациентки, выраженность симптомов, репродуктивные планы и наличие сопутствующей патологии [Bulun et al., 2021; Stewart et al., 2022; WHO, 2023].

Выводы
1. УЗИ-диагностика показала достоверные различия между формами миомы: при единичных узлах размеры были больше (36,2 ± 9,4 мм против 28,5 ± 7,8 мм; p<0,001), тогда как множественная форма характеризовалась более частой субмукозной и интрамуральной локализацией и выраженной гиперваскуляризацией (66,7% против 28,6%; p=0,001).
2. Гормональный профиль у пациенток с множественной миомой отражал более выраженную эндокринную дисрегуляцию: достоверное повышение ФСГ, ЛГ, пролактина, эстрадиола и кортизола (p<0,01–0,001) при умеренном сниже-нии прогестерона (p<0,05).
3. Совокупность данных подтверждает, что множественная миома представляет собой более неблагоприятный вариант заболевания, характеризующийся выраженными морфологическими и гормональными изменениями и требующий активного клинического наблюдения и раннего вмешательства

Figures

Keywords

• uterine myoma
• single myoma
• multiple myoma
• ultrasound diagnostics
• Doppler ultrasound
• hypervascularization
• hormonal profile
• estradiol
• progesterone
• reproductive function
• anemia
• personalized treatment strategy

References

Article Info:

Publication history

Published: 28.Jul.2026

DOI: https://doi.org/10.28942/???.v12i3y2026.5

Copyright

© 2022-2025. Azerbaijan Medical University. E-Journal is published by "Uptodate in Medicine" health sciences publishing. All rights reserved.

Related Articles

Antenatal care and selection of delivery tactics in teenage pregnancy

Viewed: 43